Кормухина стихи мужу как мало тех - "Как много тех, с кем можно лечь в постель..." (полностью)

Екатеринбург, Сибирский тракт, 8-й км, Свято-Пантелеимоновский приход Екатеринбургской епархии РПЦ Почтовый адрес: Русская Православная Церковь Московский Патриархат Екатеринбургская епархия.

В часовом прямом эфире прозвучал ее искренний монолог, изредка прерываемый вопросами ведущих и телезрителей. Расшифровку программы с незначительными сокращениями мы предлагаем вашему вниманию.

А почему такое название? Вообще, жизнь — это полет, и, как говорил, если не ошибаюсь, Серафим Саровский, надо чувствовать себя, как колесо: И у меня ощущение высоты держится с детства, и, если я падаю, то только в небо.

Потому что, когда я падаю, я кричу: Невозможно передать ассоциации, которые приходят, когда ты пишешь текст. Каждый пусть понимает его так, как сможет понять. Здесь, на земле, был человек, который, пожалуй, самым первым подхватил вас — это старец Николай Гурьянов. Нет, он не был первым, кто меня подхватил.

До него у меня было несколько замечательных духовников, которые, собственно, и довели меня до старца. Потому что я, знаете, не то что бы Фома неверующий, — скорее, профессор Преображенский: Считается, что отец Николай изменил мою жизнь… Мою жизнь изменил Господь, а отец Николай был явным подтверждением того, что Евангелие — это правда.

Не я одна такая, очень многие, когда их спрашивают: Вот он — человек, который исполнил Евангелие. Самое удивительное — это даже не те чудеса, которые отец Николай творил на наших глазах: Не было воздеваний рук к небу или чего-то подобного — все было очень.

Он поражал своей простотой, но сколько в этой простоте было величия! Я видела многих известных духовников, но такого, как отец Николай, — препростого — я не встречала ни одного.

Стихи любимому мужу

Нет, вру, одного еще знаю — препростого. И если меня спросит кто-нибудь, что больше всего нравилось в отце Николае, что больше всего поражало или чему бы хотелось подражать, — вот этой детской простоте — удивительной.

Ольга Кормухина - Официальный сайт

Я недавно разговаривала с девочкой — может быть, кто-то скажет, что она больная, но я считаю, что она блаженненькая. У нее была депрессия, и батюшка нам с Лешей муж Ольги Кормухиной Алексей Белов — прим. Там мама, бабушка, сестра, жизнь непростая у. Но меня поразила ее простота. Я решила ее поддержать, говорю: Мне бы в голову не пришло так ответить!

Вот этой простоты, мне кажется, нам всем очень не хватает, мы такие все мудреные. Наши правые-славные, которые много книг прочитали, святых отцов и при любом удобном случае и даже неудобном ткнут тебя носом в книгу, в Святое Писание или в Отечник, простоты этой не имеют.

И остальное все как-то уже не работает. Как говорил, по-моему, святитель Феофан Затворник, никто еще не пришел к Богу, не встретив человека, на лице которого он увидел свет вечной жизни.

Мы можем знать все на свете — и толку никакого, потому что нет этого света вечной жизни, этой простоты. Еще самое удивительное было, и это я наблюдала неоднократно, как к отцу Николаю приходил человек сомневающийся, маловерный, суеверный, даже неверующий — а уходил преображенным. Более того, большинство говорило: Думаешь, что это я приперлась? Все же просто, все ясно, все замечательно.

Вот, — говорит,— братиков всех моих на фронте поубивало — я радовался. В тюрьме сидел, в лагере — радовался. Мамушку похоронил — радовался. Деревце посадил — радовался. От нас толку-то никакого. Люди много от нас слышат правильных вещей. Ведь говорим-то мы правильно, но ничего не делаем из того, что говорим.

Вот в чем вся беда. Я заметила, что на самом деле мы все просим Бога ободном: А вот умеем ли мы радоваться, когда нас посещают скорби? Радует ли нас болезнь? Когда я читала молитву со словами: Это ужас, это же до какой степени нужно любить Бога, чтобы так радоваться: И только недавно совсем я вдруг заметила, что, действительно, иногда так бывает: И тут — бац!

И вдруг ты понимаешь: Ведь не могу ничего толкового-то сделать. Вы не представляете, какое утешение — до меня дошли слова этой молитвы. Это возможность очиститься, пострадать здесь за то, что ты же сделал с собой, с другими, может быть — но, когда ты делаешь зло другим, ты делаешь зло.

И вот этой радости в нас не хватает, вот поэтому мы не можем привлечь никого. Мы эту радость ощущаем, конечно, во время Литургии, после Причастия или просто молимся-молимся — и снизойдет вдруг иногда благодать. А ведь люди-то в нас этого не видят, мы не несем этот свет миру. Ну, наверное, и не задерживается в нас, потому что заботы века сего Потому что стоишь, причастившись, первые три минуты… а потом: У меня столько девушек В контакте мы общаемся — невест.

Для них моя история с Лешей — это луч надежды. Когда я ехала к старцу первый раз, я ехала со страхом, но с желанием благословиться на монашество. Мне уже было настолько хорошо самой в моем молебном уголку — ничего не надо. Четыре квадратных метра — это был мой рай. Я, конечно, не понимала, что такое монастырь. Но в монастыре тоже существуют отношения.

Еще неизвестно, где кому удобней спасаться. А старец меня хлопнул ладошкой по щеке и сказал: Мне на тот момент было 37 лет. А Алексей тогда еще жил в Америке — он 10 лет прожил. Но в Россию уже приезжал на концерты и уже начал воцерковляться. У них турменеджер верующий. И когда мне это батюшка сказал, я опять села в недоумении: Только-только я настроилась на одну жизнь, а тут — бац!

И потом, я же понимала, что должно быть послушание мужу, отсечение своей воли, муж мой — господин мой, это не сцена, здесь не сыграешь, это надо подлинно уважать, почитать и слушаться мужа.

А как я это сделаю? Всю жизнь командую мужиками — я главная в коллективе. Я уже привыкла, что я первая скрипка в оркестре, как же я буду под дирижерской палочкой-то? Я поняла, что мне надо как-то перестраиваться, готовиться, но никак не могла — так плакала, так не хотела замуж. Пошли мы с подругой как-то в монастырь по ее сердечным делам. И, когда пришли, — а у меня была температура жуткая, я напилась таблеток и стояла посреди дороги, ничего не соображая, а еще лето, август месяц, тепло, и меня так развезло — я ничего не понимаю, а мне: А я не могу двинуться с места, до меня не доходит даже смысл слов.

И вдруг на меня идет целая процессия — Патриарх, митрополиты, митры, митры, митры… Несут золотую раку с мощами и поют: Это было перенесение мощей Саввы Сторожевского.

И вдруг — вот с чего? Через 15минут я его встретила на ступеньках храма. И при первом же разговоре, когда мы пошли попить кофе, он мне сказал: Я его сердцем выбрал. Когда я приехал в Россию, первое, что я прочитал,— житие Серафима Саровского. И я ему говорю: К тому времени я уже была духовным чадом. Вот так все началось. Мне бы хотелось задать вам такой вопрос. Я не очень часто, но все-таки слушаю ваши выступления, они мне очень близки по такой причине: Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к старинным русским песням, используете ли вы какие-то моменты из них, когда пишете свою музыку, или она сама по себе приходит?

И какое у вас образование, кто вы по специальности?


Коментарии:

    До пункта назначения - клочка суши километров в пять в обрамлении серой воды — минут двадцать быстрым ходом, сквозь ледяные брызги и ветер в лицо и в спину. Пусть бывает в жизни нашей разное, Замечательное и порой не очень, Только между нами всё же главное, Что любовь сердца скрепила прочно. Выберите кристалл - и мы расскажем, на каком этапе жизни Вы находитесь ГЖЕЛИК - Июл





2016-2017 tovancheva.com